Вы и так жирный хотите принесу вам сосновый коктейль


Читать книгу Доктор Сон Стивена Кинга : онлайн чтение

– Отвяжись от меня, старый козел! – крикнула она смеясь.

Змеючка Энди и Тихоня Сари целовались взасос, пальцы Энди ерошили тусклые волосы подруги.

Роуз спрыгнула со стола и повернулась к Ворону. Усмехнувшись, тот сложил большой и указательный пальцы в кольцо.

Все путем, читалось в этой усмешке, и так оно и было. По крайней мере сейчас. Но, несмотря на эйфорию, Роуз не могла избавиться от мысли о канистрах в своем сейфе. К тридцати семи пустым теперь прибавится еще одна. Они сделали еще один шаг к стене.

5

Истинные уехали с первыми лучами солнца. Четырнадцать кемперов двигались плотным караваном по шоссе 12 до I-64. Однако стоило им выбраться на магистраль, как они рассредоточились, чтобы их большая группа не слишком бросалась в глаза, держа связь по рациям на случай непредвиденных неприятностей.

Или же, наоборот, возникновения неожиданных благоприятных возможностей.

Эрни и Морин Салкович (мистер и миссис Уют), освеженные долгим ночным сном, в один голос согласились, что едва ли у них когда-либо гостила более приятная группа. Они не только расплатились наличными и тщательно прибрались за собой. Кто-то оставил на пороге хозяйского кемпера свежий яблочный пудинг с милейшей благодарственной запиской. Если повезет, решили они, уплетая пудинг на завтрак, эта теплая компания заглянет и в будущем году.

– А знаешь, что любопытно? – сказала Морин. – Этой ночью мне приснилось, что знаменитая Фло из рекламы той страховой компании продала тебе полис на огромную сумму. Правда же, странный сон?

Эрни крякнул и добавил к своему пудингу еще взбитых сливок.

– А тебе что-нибудь снилось, дорогой?

– Не-а.

Но при этом он поспешно отвел взгляд в сторону.

6

Удача вновь улыбнулась Истинному Узлу жарким июльским днем в штате Айова. По своему обыкновению, Роуз ехала во главе каравана, и у западной окраины городка под названием Эдейр в ее голове сработал радар. Не такой мощный, как хотелось бы, но вполне громкий и отчетливый. Она сразу вызвала по радио Барри Китайца, который был так же похож на азиата, как Том Круз.

– Ты почувствовал что-нибудь, Барри? Прием.

– Да, – ответил Барри, не отличавшийся словоохотливостью.

– С кем сегодня едет Дедушка Флик?

Прежде чем он смог ответить, в разговор вмешалась третья сторона, и Энни Фартук сказала:

– Он со мной и Долговязым Полом, дорогая. Это что-то… что-то хорошее?

Голос Энни звучал взволнованно, и Роуз ее понимала. Ричард Гэйлсуорси дал им отличную подзарядку, но с тех пор прошло шесть недель и пар начал выветриваться.

– Наш старичок не дремлет, Энни?

Ей ответил хриплый голос Флика:

– Я в порядке, женщина. – Для развалины, не всегда помнившей собственное имя, голос Дедушки звучал достаточно бодро. Немного брюзгливо, но пусть лучше брюзжит, чем впадает в маразм.

В голове Роуз снова прозвучал сигнал, но уже слабее. И снова раздался голос Флика, который имел привычку объяснять Роуз то, что она и сама прекрасно понимала:

– Мы едем не в ту сторону, мать вашу!

Не удостоив его ответом, она вновь нажала кнопку передачи.

– Ворон, Ворон! Ответь мне, мой милый.

– Слушаю, – мгновенно отозвался он, словно ждал ее вызова.

– Сделай привал на следующей площадке для отдыха. С тобой останутся все, кроме меня, Барри и Флика. Мы разворачиваемся и возвращаемся немного назад.

– Тебе понадобится поддержка?

– Узнаю, только когда получу более подробную информацию, но… думаю, что обойдусь.

– О’кей, – сказал он, а потом не удержался и добавил: – Дерьмо.

Роуз повесила микрофон и посмотрела на бесконечные поля кукурузы, протянувшиеся по обе стороны четырехполосного шоссе. Ворон, конечно, был расстроен. На его месте любой испытал бы разочарование. Мощные «парилки» порой создавали проблемы, потому что плохо поддавались внушению. Таких приходилось брать силой. Часто вмешивались родители или друзья. Некоторых удавалось усыпить, но не всегда: подросток с мощным паром мог блокировать даже такого эксперта, как Змеючка Энди. Иногда приходилось убивать. Плохо, конечно, но добыча того стоила: жизненная сила, упакованная в стальные канистры и отложенная на черный день. К тому же убийства нередко приносили побочные дивиденды. Умение давать пар передавалось по наследству, и каждый из членов семьи потенциальной жертвы обладал хотя бы незначительным его количеством.

7

Пока большинство членов Истинного Узла наслаждалось отдыхом в приятной тени деревьев в сорока милях к востоку от Каунсил-Блаффса, кемперы с тремя разведчиками съехали с автострады у Эдейра и направились на север. Отдалившись на некоторое расстояние от шоссе, они разъехались в разные стороны и начали прочесывать аккуратные гравийные проселки, делившие эту часть Айовы на крупные квадраты. Уловив сигнал, сворачивали, пеленговали, сужали зону поиска.

Сигнал стал сильнее… Потом еще сильнее… И наконец установился на одном уровне. Хороший пар, но не бог весть какой. Что ж. Нищим не приходится привередничать.

8

На сегодня Брэдли Тревора освободили от обычной работы на ферме, чтобы он смог принять участие в тренировке местной команды малой бейсбольной лиги. Тренер пригрозил, что если отец заупрямится и не отпустит сына, то он приведет с собой всю команду и линчует его, потому что Брэд был их лучшим отбивающим. По внешнему виду и не скажешь – тощему как грабли Брэду исполнилось всего одиннадцать, – но он умел брать подачи даже самых маститых местных питчеров. Мощные броски его не пугали. В чем-то это, конечно, объяснялось обычной сноровкой сельского мальчишки, но лишь отчасти. Непостижимым образом Брэд всегда знал, какой будет следующая подача. И он вовсе не подглядывал за знаками, которые игроки противника подавали друг другу (в чем его подозревали тренеры других команд). Он просто знал, и все. Как знал наилучшее место для нового колодца. Или где найти отбившуюся от стада корову. Или где лежит мамино потерянное обручальное кольцо. Посмотри под ковриком в машине, посоветовал он. И точно, там оно и оказалось.

В тот день тренировка прошла особенно удачно, но на разборе после нее Брэд выглядел немного рассеянным и даже отказался от обычного стакана содовой со льдом. А потом сказал, что ему лучше пораньше вернуться домой и помочь маме убрать в дом белье.

– А что, будет дождь? – спросил тренер Мика Джонсон. Они все уже научились доверять ему в таких мелочах.

– Точно не знаю, – ответил Брэд без обычного энтузиазма.

– Ты как себя чувствуешь, сынок? Что-то выглядишь неважно.

Брэд и в самом деле чувствовал себя плохо. У него с утра побаливала голова и как будто немного поднялась температура. Но он не поэтому решил срочно отправиться домой: совершенно внезапно у него появилось ощущение, что ему больше не хочется оставаться на бейсбольном поле. И вообще его сознание… Оно словно теперь не принадлежало ему. Он даже не знал, действительно ли здесь находится или ему все только снится. Ерунда какая-то.

– Завтра в то же время? – спросил он, почесывая красное пятнышко на руке.

Тренер ответил утвердительно, и Брэд пошел домой, помахивая бейсбольной перчаткой. Обычно он бежал трусцой – они все так делали, – но сегодня у него не было никакого желания бегать. По-прежнему ныла голова, а теперь еще и появилась боль в ногах. Он скрылся в кукурузе за трибуной, потому что это был кратчайший путь до их фермы, располагавшейся в двух милях от стадиона. Когда же он вышел на проселок, вялыми движениями смахивая с головы налипшие кукурузные соцветия, то увидел средних размеров «уандеркинг». Рядом с кемпером стоял улыбавшийся Барри Китаец.

– Ну вот и ты, – сказал Барри.

– Простите, а вы кто?

– Твой друг. Запрыгивай ко мне. Я подброшу тебя до дома.

– Хорошо, – сказал Брэд. При таком самочувствии предложение пришлось как нельзя кстати. Он снова почесал пятно на руке. – Вас зовут Барри Смит. Вы мой друг. Я сяду к вам в кемпер, и вы подвезете меня до дома.

Он сел в машину. Дверь закрылась. «Уандеркинг» тронулся с места.

К концу следующего дня все силы округа будут мобилизованы на поиски центрового и лучшего отбивающего команды «всех звезд» Эдейра. Полиция обратится к населению с просьбой информировать о любых подозрительных автомобилях или микроавтобусах. Информации поступит много, но она ничего не даст. И хотя три кемпера с разведчиками Истинных были значительно крупнее любого микроавтобуса (а транспортное средство Розы-в-Шляпе вообще казалось чудовищной громадой), ни одна живая душа о них не сообщила. Они ведь были странниками на колесах. Кто обращает на них внимание? А Брэд… Он словно… испарился.

Подобно тысячам других невезучих детей, его без следа поглотила мрачная бездна.

9

Они отвезли его на заброшенный завод по переработке этанола, располагавшийся в стороне от фермерских хозяйств. Ворон на руках вынес мальчика из «эрскрузера» Роуз и мягко уложил на землю. Брэд, крепко связанный клейкой упаковочной лентой, плакал навзрыд. Когда члены Истинного Узла встали вокруг него (как родственники вокруг могилы усопшего), он взмолился:

– Пожалуйста, отпустите меня домой. Я никому ничего не скажу.

Роуз опустилась рядом с ним на колено и вздохнула.

– Я бы с радостью, но не могу.

Брэд нашел глазами Барри.

– Вы сказали, что вы друг! Что вы хороший! Я же слышал! Вы сказали это!

– Сожалею, приятель. – На его лице не читалось ни намека на сожаление, только голод. – Ничего личного.

Брэд снова посмотрел на Роуз.

– Вы сделаете мне больно? Прошу вас, только не причиняйте мне боль!

Разумеется, она собиралась причинить ему боль. Как ни прискорбно, но боль очищала и обогащала пар, а Истинные были голодны. Омары тоже испытывают боль, когда их живьем бросают в кипящую воду, однако это не останавливает лохов. Пища есть пища. От нее зависит твое выживание в этом мире.

Роуз завела руки за спину, и Жадина Джи вложила в одну нож. Он был короткий, но очень острый. Роуз улыбнулась, посмотрев на мальчика сверху вниз, и сказала:

– Я постараюсь, чтобы ты страдал как можно меньше.

Парень продержался на удивление долго. Он отчаянно кричал, пока голосовые связки не лопнули и крики не превратились в подобие хриплого лая. В какой-то момент Роуз вдруг остановилась и настороженно осмотрелась по сторонам. Ее сильные изящные руки были покрыты кровью как красными перчатками.

– Что-то не так? – спросил Ворон.

– Поговорим об этом позже, – ответила Роуз и вернулась к своему занятию.

Свет десятка фонариков превратил участок земли за бывшим спиртзаводом в подобие операционной.

– Пожалуйста, убейте меня, – чуть слышно прошептал Брэд Тревор.

Роза-в-Шляпе успокаивающе улыбнулась:

– Теперь уже скоро.

Но скоро не получилось. Жуткий хриплый лай возобновился и только через какое-то время обратился в пар.

На рассвете, похоронив мальчика, они двинулись дальше.

Глава 6
Странное радио
1

Этого не случалось уже три года, но есть вещи, о которых не можешь забыть никогда. Например, если твой ребенок посреди ночи вдруг начинает кричать. Люси осталась одна, потому что Дэвид уехал на двухдневную конференцию в Бостон, но она не сомневалась: будь он дома, прибежал бы в спальню Абры еще быстрее. Он тоже ничего не забыл.

Их дочь сидела на постели, ее лицо было бледным, волосы – всклокоченными, широко распахнутые глаза смотрели в пустоту. Простыня – на улице стояла теплая погода – свилась вокруг нее в сумасшедший кокон.

Люси присела рядом и положила руку на плечо Абры. Никакой реакции. Это было самое ужасное. Страшно, когда родная дочь поднимает тебя криками с постели, но еще страшнее видеть, как она ни на что не реагирует. В возрасте пяти – семи лет у Абры часто бывали подобные ночные кошмары, и Люси всегда опасалась, что рассудок дочери однажды не выдержит напряжения. Она будет дышать, но ее взгляд уже никогда не вернется из пустоты видимого только ей мира.

Этого не случится, уверял ее Дэвид, и Джон Долтон вторил ему: Дети на редкость выносливы. И если у нее не проявляется никаких устойчивых психических расстройств – отстраненности, стремления к уединению, одержимости какой-то одной идеей, ночного недержания мочи, – то скорее всего с ней все будет хорошо.

Но не было ничего хорошего в том, что ребенок просыпался от собственного крика, вызванного кошмаром. В том, что после этого снизу доносились аккорды пианино или из всех кранов в ванной в конце коридора сама по себе начинала литься вода, а лампочки в комнате Абры лопались, как только Люси или Дэвид нажимали выключатель.

Но потом у нее появился «невидимый друг» и интервалы между кошмарами заметно удлинились, а постепенно плохие сны прекратились вообще. До нынешней ночи. Хотя это даже уже нельзя было назвать ночью: Люси видела, что горизонт на востоке заметно посветлел, и слава Богу.

– Абби? Это мама. Поговори со мной.

Еще пять или десять секунд ничего не происходило. Но потом наконец мраморная статуя, которую обнимала Люси, обмякла и снова стала маленькой девочкой. Абра сделала глубокий, всхлипывающий вдох.

– У меня снова был плохой сон. Как раньше.

– Я это поняла, детка.

Обычно Абра очень мало помнила из того, что ей приснилось. Иногда это были люди, которые злобно ругались друг с другом или пускали в ход кулаки. Он опрокинул кухонный стол, гоняясь за ней, могла сказать Абра. Как-то она видела старую одноглазую Тряпичную Энн, валявшуюся посреди шоссе. В четыре года ей приснились люди-призраки, катавшиеся на поезде «Хелен Ривингтон» – популярном аттракционе для туристов во Фрейзере. Он отправлялся из Игрушечного городка на Клауд-Гэп, описывал петлю и возвращался обратно. Я смогла разглядеть их, потому что светила луна, объяснила тогда Абра. Люси и Дэвид сидели по обе стороны от дочери, обнимая ее. Люси до сих пор помнила ощущение влажной пижамы, которая насквозь промокла от пота. Я знала, что они призраки, потому что у них были сморщенные лица, как кожура у старых яблок, и луна просвечивала сквозь них насквозь.

Уже на следующий день Абра резвилась, играла и смеялась с подружками как ни в чем не бывало, но в памяти Люси образ запечатлелся навсегда: мертвецы едут на маленьком поезде через лес, а их лица в лунном свете похожи на сморщенные яблоки. Она спросила Кончетту, катала ли она Абру на том поезде во время их «девичников». Нет, ответила Четта. Сами они бывали в Игрушечном городке лишь однажды, и поезд в тот день стоял на ремонте, поэтому им пришлось довольствоваться каруселью.

Сейчас Абра посмотрела на мать и спросила:

– А когда возвращается папа?

– Послезавтра. Он обещал быть к обеду.

– Это слишком долго, – сказала Абра. Слеза скатилась по ее щеке и упала на пижаму.

– Слишком долго для чего? Что ты запомнила, Абба-Ду?

– Они делали больно мальчику.

Люси совсем не хотелось продолжать этот разговор, но она чувствовала, что должна. Слишком часто увиденное Аброй во сне происходило на самом деле. Дэвид заметил снимок лежавшей на асфальте тряпичной одноглазой куклы, опубликованный в издававшейся в Норс-Конвее газете «Сан», рядом со статьей под заголовком «АВТОКАТАСТРОФА В ОССИПИ: ТРОЕ ПОГИБШИХ». А сама Люси отслеживала по полицейской хронике случаи арестов по обвинению в насилии над членами своих семей, после того как Абре снилось, что они кричали и били друг друга кулаками. Даже Джону Долтону пришлось признать, что Абра непонятным образом ловит такие происшествия при помощи того, что он назвал «странным радио в ее голове».

И потому теперь она спросила:

– Какому мальчику? Он живет где-то близко от нас? Ты его знаешь?

Абра помотала головой:

– Нет. Очень далеко. Не могу вспомнить, где именно.

Но ее лицо сразу же прояснилось. Быстрота, с которой она порой выходила из своих сумеречных состояний, иногда поражала Люси не меньше, чем сами эти состояния.

– Но, думаю, я сумела обо всем сообщить Тони. А он сможет рассказать своему папе.

Тони и был ее «невидимым другом». Она не упоминала о нем уже года два, и Люси оставалось только надеяться, что это не регресс. Все-таки десять лет уже не тот возраст, чтобы общаться с «невидимыми друзьями».

– Отец Тони может остановить их. – Ее лицо опять помрачнело. – Хотя, боюсь, он не успеет.

– Давненько Тони не появлялся, правда? – Люси поднялась и попыталась расправить смятую простыню. Абра захихикала, когда ткань коснулся ее лица. Для Люси не было звука прекраснее. Смех дочери. Понятный и естественный звук. А в комнате становилось все светлее. Скоро запоют первые птицы.

– Щекотно же, мамочка!

– А мамочкам нравится щекотать своих дочек. Они получают от этого удовольствие. И все-таки что там по поводу Тони?

– Он раньше говорил, что придет, как только будет мне нужен, – ответила Абра, залезая под простыню. Она похлопала по матрасу рядом с собой, и Люси прилегла, положив голову на одну с дочкой подушку. – Мне приснился плохой сон, и он был мне нужен. Мне кажется, он приходил, хотя точно я не помню. Его папа работает в котспасе.

Это было что-то новенькое.

– В организации, которая спасает бездомных животных?

– Нет, глупая, это такой дом для людей, которые скоро умрут. – Абра говорила снисходительным, почти учительским голосом, но у Люси все равно мороз пробежал по коже. – Тони объяснял, что когда люди становятся совсем больными и уже не могут выздороветь, они переезжают в котспас, а его папа старается помочь им почувствовать себя лучше. А еще у папы Тони есть кот с именем, похожим на мое. Меня зовут Абра, а кота – Аззи. Правда, забавное совпадение?

– Да. Необычное, но забавное.

Основываясь на сходстве имен, Дэвид и Джон, вероятно, пришли бы к выводу, что история с котом – это всего лишь невинная выдумка очень умной десятилетней девочки. Но они сами бы себе не поверили. Люси же это даже в голову не пришло. Многие ли десятилетние дети знали, что такое «хоспис», пусть и не умели правильно произносить это слово?

– Расскажи мне о мальчике из твоего сна. – Теперь, когда Абра полностью успокоилась, эта тема не казалась столь опасной. – Кто делал ему больно, Абба-Ду?

– Не помню. Он только думал, что Барни его друг. Или Барри. Мамочка, дай мне Попрыгунчика, пожалуйста.

Ее старый плюшевый кролик давно находился в ссылке на самой верхней полке. Абра уже года два не брала его с собой в постель перед сном. Люси встала, сняла Попрыгунчика с полки и подала дочери. Абра прижала игрушку к своей розовой пижаме и почти моментально уснула. Если повезет, она проспит еще час, а может, и два. Присев рядом, Люси смотрела на дочь.

Пусть это прекратится в ближайшую пару лет, как предсказывал Джон. Или даже прямо с завтрашнего дня, то есть с уже наступившего утра. Хватит, пожалуйста. Хватит просматривать местные газеты в поисках заметки о том, как неизвестного маленького мальчика убил его отчим, или замучили насмерть хулиганы, нанюхавшиеся клея, или еще о чем-то подобном. Пусть это наконец закончится.

– Господи! – очень тихо взмолилась она. – Если ты слышишь меня сейчас, не мог бы ты кое-что сделать? Ведь тебе ничего не стоит сломать странное радио в голове моей маленькой дочурки, правда?

2

Когда Истинные вновь направились по I-80 на запад, в сторону городка в предгорьях Колорадо, где собирались провести лето (разумеется, при том условии, что не подвернется возможности запастись где-то большим количеством пара), Папаша Ворон сидел на пассажирском сиденье «эрскрузера», которым управляла Роуз. А Джимми Счетовод, опытнейший бухгалтер «Узла», вел тем временем «эффинити кантри коуч», принадлежавший самому Ворону. Спутниковый радиоприемник Роуз был настроен на волну станции «Аутло кантри», которая как раз передавала хит Хэнка-младшего «Виски сводит меня с ума». Он знал, что Роуз эта песня нравится, и потому выключил звук, только когда она отзвучала.

– Ты сказала, что мы поговорим позже. Сейчас самое время. Что стряслось?

– На заводе за нами кто-то подсматривал.

– В самом деле? – Брови Ворона удивленно приподнялись. Он принял столько же пара этого паренька по фамилии Тревор, сколько и все остальные, но не стал выглядеть моложе. Впрочем, пища редко оказывала на него подобный эффект. Зато он и не менялся сколько-нибудь заметно в перерывах, если только они не слишком затягивались. Роуз считала это завидным свойством организма. Вероятно, что-то такое было заложено в генах Ворона. Если, конечно, у них вообще еще оставались гены. Грецкий Орех настаивал, что оставались. – Ты имеешь в виду «парилку»?

Она кивнула. Перед ними под бледно-голубым небом, местами усеянным кучевыми облаками, протянулась лентой трасса I-80.

– Хорошая «парилка»?

– О да! Отменная.

– Далеко?

– Полагаю, что где-то на восточном побережье.

– Ты хочешь сказать, что кто-то мог видеть нас с расстояния… что, неужели почти полутора тысяч миль?

– Вероятно, даже с большего. Чуть ли не из Канады, будь она трижды неладна.

– Парень или девчонка?

– Похоже на девочку, но это был лишь проблеск. Секунды три. А какая разница?

Разумеется, никакой.

– Сколько же канистр мы смогли бы заполнить от ребенка с таким количеством пара?

– Сложно сказать. Но никак не меньше трех.

На этот раз цифру намеренно занижала сама Роуз. По ее приблизительной оценке, неведомый соглядатай мог дать им пара на десять емкостей, а то и на добрую дюжину. Присутствие было кратким, но мощным. Наблюдательница (а это все-таки была именно девочка) видела, чем они занимались, и пришла в такой ужас, что руки Роуз ненадолго замерли и даже она сама почувствовала моментальное отвращение к тому, что творила. Само собой, отвращение не было ее собственным. Это можно было бы охарактеризовать как некий психический рикошет. Для самой Роуз резать ножом лоха было все равно что свежевать оленя.

– Тогда, быть может, нам стоит повернуть оглобли, – предположил Ворон. – И взять добычу, пока идет в руки.

– Нет. Мне кажется, что источник только набирает подлинную силу. Мы дадим ей еще немного созреть.

– Ты это знаешь наверняка или это интуиция?

Роуз ответила неопределенным взмахом руки.

– Стало быть, интуиция. Достаточно ли она сильна, чтобы рисковать «парилкой»? А вдруг ее собьет машина? Или она станет жертвой какого-нибудь сексуального маньяка-убийцы? – Ворон говорил совершенно серьезно. – А как насчет лейкемии или другого рака? Ты же знаешь, они легко цепляют эту пакость.

– Спроси у Джимми Счетовода, и он тебе скажет, что статистика на нашей стороне. – Роуз улыбнулась и нежно погладила Ворона по бедру. – Ты принимаешь все слишком близко к сердцу, Папаша. Мы направимся в Сайдуайндер, как и планировали, а через пару месяцев переберемся во Флориду. Барри и Дедушка Флик в один голос твердят, что в этом году там надо ждать целой серии ураганов.

Ворон скорчил гримасу.

– Это как рыться на помойке в поисках объедков.

– Допустим, но иногда в помойных баках попадаются настоящие деликатесы. Весьма питательные. Я никак не могу себе простить, что мы упустили тот торнадо в Джоплине. Хотя, конечно, такие внезапные бури мы предугадываем реже.

– Но та девочка. Она же видела нас.

– Видела.

– И знает, что мы делали.

– Что конкретно тебя беспокоит, Ворон?

– Она может нам навредить?

– Милый, если она старше одиннадцати лет, я готова съесть свою шляпу. – Роуз выразительно постучала пальцем по цилиндру. – Ее родители едва ли вообще знают, кто она и на что способна. А если знают, изо всех сил стараются не придавать этому большого значения, чтобы не сходить с ума от беспокойства.

– А еще они могут послать ее на прием к психиатру, который пропишет ей гору таблеток, – едко заметил Ворон. – Они заглушат ее и затруднят нам поиски.

Роуз улыбнулась:

– Если я все правильно понимаю – а я уверена, что не ошиблась, – дать такому ребенку паксил – все равно что пытаться закрыть луч прожектора куском прозрачной пленки. Мы найдем ее, когда настанет срок. Не волнуйся об этом.

– Как скажешь. Ты у нас босс.

– Вот именно, мой сладенький. – На этот раз она не ограничилась ногой, а стиснула ему яйца. – Сегодня Омаха?

– Да. «Ла Кинта инн». Я забронировал всю заднюю часть второго этажа.

– Отлично. Потому что я собираюсь прокатиться на тебе, как на «американских горках».

– Кто на ком прокатится, мы еще посмотрим, – сказал Ворон.

После Тревора ему хотелось шалить. Роуз тоже. Как, наверное, и всем прочим. Он снова включил радио. Какая-то канадская группа распевала про парней из Оклахомы, которые не умеют даже толком свернуть косяк.

Истинные продолжали свой путь на запад.

3

Кураторы анонимных алкоголиков бывали мягкие или жесткие, но существовал еще один тип, к которому принадлежал Кейси Кингсли: те, кто не давал своим подопечным ни малейших поблажек. С самого начала Кейси строго приказал Дэну посетить все девяносто первых встреч группы без исключения и настоял, чтобы каждое утро в семь часов он непременно звонил ему по телефону. Когда Дэн исправно побывал на всех девяноста встречах, ему разрешили не звонить по утрам. Вместо этого они стали трижды в неделю встречаться за чашкой кофе в кафе «Санспот».

Когда июльским днем 2011 года Дэн вошел в кафе, Кейси, как всегда, сидел в отдельной кабинке. И хотя он вроде бы пока не собирался уходить на покой, Дэну его – теперь уже давний – наставник по АА (и первый работодатель в Нью-Гэмпшире) казался очень старым. Он почти полностью облысел и ходил, заметно прихрамывая. Ему требовалась операция на тазобедренном суставе, но он все время откладывал ее.

Дэн поздоровался, сел напротив, сложил на груди руки и дожидался того, что Кейси окрестил Ритуалом.

– Ты сегодня трезв, Дэнни?

– Да.

– Чему же ты обязан чудом своего воздержания?

– Специальной программе «Анонимных алкоголиков» и Богу, каким я его понимаю. Скромную роль также мог сыграть и мой куратор, – продекламировал Дэн.

– Милый комплимент. Обойдемся без подхалимства.

В этот момент к их столику подошла официантка Патти Нойес с кофейником в руках и, не спрашивая, налила Дэну полную чашку.

– Как поживаешь, красавчик?

– Хорошо, – с улыбкой ответил Дэн.

Она поправила прическу и удалилась в сторону кассы, пожалуй, чересчур энергично покачивая бедрами. Как и положено, мужчины проводили ее взглядом, а потом Кейси вновь целиком переключил внимание на Дэна.

– Продвинулся хоть немного в вопросе о Боге, каким ты его понимаешь?

– Не слишком, – признался Дэн. – Похоже, это задачка на всю оставшуюся жизнь.

– Но ты молил его о помощи утром, чтобы удержаться от спиртного?

– Да.

– На коленях?

– Да.

– А на ночь благодарил?

– Да. И тоже на коленях.

– И зачем ты это делал?

– Затем, что я всегда должен помнить, до чего довел меня алкоголь, – ответил Дэн. И не покривил душой.

Кейси кивнул.

– Это первые три шага. Изложи вкратце.

– Я не могу, а Бог может, поэтому я предоставлю это ему. – И поспешно добавил: – Богу в моем понимании.

– Которого ты не понимаешь.

– Не понимаю.

– Хорошо, тогда объясни мне, почему ты пил.

– Потому что я алкоголик.

– А не потому, что мамочка недостаточно сильно любила тебя?

– Нет.

У Уэнди, конечно, были свои недостатки, но ее любовь к нему, как и его к ней, оставалась непоколебимой.

– Тогда, наверное, потому, что тебя не любил отец, так?

– Нет.

Хотя однажды он сломал мне руку, а в итоге чуть не убил.

– Значит, это наследственное заболевание?

– Нет. – Дэн отхлебнул немного кофе. – Хотя алкоголизм действительно передается по наследству. Вам ведь это известно, не так ли?

– Конечно. Но мне также известно, что это не имеет значения. Мы пили, потому что мы алкоголики. И это неизлечимо. Мы лишь получили краткую отсрочку на основании духовного настроя, вот в чем дело. Понимаешь?

– Да, босс. Ну, мы закончили с официальной частью?

– Почти. Тебя сегодня посещало желание выпить?

– Меня нет. А вас?

– Нет. – Кейси усмехнулся. Улыбка осветила его лицо, и он словно помолодел. – И это чудо. Ты назовешь это чудом, Дэнни?

– Да.

Патти вернулась с большой тарелкой ванильного пудинга, поверх которого красовалось сразу две вишенки, и со стуком поставила ее перед Дэнни.

– Съешь это. За счет заведения. Ты слишком тощий.

– А как же я, милочка? – возмутился Кейси.

Патти фыркнула.

– Вы и так жирный. Хотите, принесу вам сосновый коктейль? Это стакан воды, а в нем плавает зубочистка.

И, оставив последнее слово за собой, она величественно удалилась.

– Ты все еще кувыркаешься с ней? – спросил Кейси, когда Дэн взялся за пудинг.

– Очаровательный вопрос, – заметил Дэн. – Очень тактичный и вполне современный.

– Спасибо. Так да или нет?

– У нас с ней был роман три года назад, который продлился, наверное, месяца четыре. И все, Кейси. Патти теперь обручена с одним приятным молодым человеком из Графтона.

– Графтон… – презрительно повторил Кейси. – Красивые виды, а городок дерьмовый. И по ней не скажешь, что она обручена, когда ты сидишь в ее забегаловке.

– Кейси!

– Нет, не пойми меня неправильно. Я бы никогда не посоветовал своему подопечному совать свой нос – не говоря уже о члене – в отношения другой пары. Это прямой путь к тому, чтобы снова запить. Но я хотел спросить… Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?

– А вам и это нужно знать?

– Мне нужно знать о тебе все.

– Как раз сейчас у меня никого нет. Была та медсестра в Ривингтоне. Я вам о ней рассказывал…

– Сара… Как ее там?

– Олсон. Мы уже начали подумывать о том, чтобы съехаться, но ей предложили отличную работу в центральной больнице Массачусетса. Мы иногда переписываемся по электронной почте.

– Никаких отношений в первый год завязки. Это одно из важнейших правил, – сказал Кейси. – Очень немногие бросившие пить алкоголики относятся к нему серьезно. В отличие от тебя. Но сейчас, Дэнни… Настало время завести себе постоянную подругу.

– Ничего себе! Мой наставник на глазах превратился в доктора Фила11
  Американский психолог и писатель.

[Закрыть]! – воскликнул Дэн.

– Разве твоя жизнь не стала лучше? Разве не улучшилась она по сравнению с тем днем, когда ты сошел с автобуса, трясущийся, с налитыми кровью глазами?

– Вы сами знаете, что улучшилась. Она лучше, чем я мог себе представить.

– Тогда подумай, не пора ли с кем-то разделить ее. Вот и все, что я хотел сказать.

– Я запомню это. А теперь давайте поговорим о чем-нибудь другом. О «Ред сокс», например.

– Сначала я должен спросить тебя кое о чем еще как твой куратор. А потом мы снова сможем стать друзьями, болтающими за чашкой кофе.

– Валяйте… – Дэн настороженно посмотрел на него.

– Мы почти никогда не обсуждали твою работу в хосписе. То, как ты помогаешь людям.

– Не обсуждали, – подтвердил Дэн, – и я предпочел бы не поднимать эту тему и в дальнейшем. Вы же знаете, что нам внушают под конец каждой встречи АА, верно? «Когда вы сейчас выйдете отсюда, то все, что вы здесь видели, все, что вы здесь слышали, должно остаться в этих стенах». Именно так я отношусь и к прочим составляющим моей жизни.

– На какую конкретно составляющую твоей жизни оказывал влияние алкоголь?

Дэн вздохнул.

– Вам известен ответ и на этот вопрос. Пьянство влияло на все аспекты моей жизни.

iknigi.net

любимую книжку и чашку горячего шоколада или прогулки по сказочно золотому лесу?» – Яндекс.Кью

Все три варианта прекрасны.
Во время прогулок по лесу можно захватить с собой фотоаппарат. А еще лучше сделать из прогулок с фотоаппаратом хобби. Изучение настроек, обработка фотографий — все это может сильно увлечь не на одну осень и сильно скрасить дождливые и унылые дни, которые непременно последуют за золотой осенью.
Кстати, фотографировать можно и осенний дождик. Может получится очень романтично. Или же наоборот — грустно.
Вот, к примеру, пару кадров (все фото не мои):

Я помню, как однажды осенью мы выбрались в путешествие из Москвы в Санкт-Петербург. Решив объехать пробку в Волочке, мы попали в одно потрясающее место — небольшой пруд, деревья, переливающиеся зелеными, желтыми и красными цветами и уютная церквушка… Место было похоже на такое:

Этот кадр я не запечатлела, но он до сих пор живет в моих воспоминаниях. Именно тогда я решила в будущем выделить время для фотографии.
Книги — прекрасный способ скоротать осенние дни. Только тут, на мой взгляд, нужно выбрать какое-то легкое чтиво…
Например, этой осенью я совершила ошибку. Прочитала книгу «Оскар и розовая дама» - книга о последних днях больного ребенка. Самое тяжелое, что я читала до этого - «Мальчик в полосатой пижаме». После прочтения несколько осенних недель я была в очень подавленном настроении...
И что касается горячего шоколада… Тут у кого что болит, но я бы заменила на какао с корицей на нежирном молоке. Ну просто, чтобы по весне не удивляться лишним сантиметрам. Осень длинная, греться придется часто… Хотя пару кружек шоколада за зиму — самое то! Особенно очень горячего, нежно пахнущего, да в морозец, под медленно падающие снежинки…
Еще шоколад осенью вполне заменят бананы. Они тоже прекрасно поднимают настроение. Или безалкогольный глинтвейн — с наступлением холодов его продают многие кафешки.
Так что осенние вечера можно коротать при свечах за чашечкой какао, просматривая свои фотографии. Прекрасный способ расслабиться.

yandex.ru

30 цитат королевы сарказма Фаины Раневской - Попкорн

Фаина Раневская была великолепной комедийной актрисой, причем она не просто играла комедию. Она жила этим, хотя жизнь ее больше напоминала трагикомедию, а не легкий водевиль. Она была из тех женщин, которые за словом в карман не полезут и легко приколошматят оппонента острым словцом.

Из сотни-другой афоризмов, разбросанных Раневской по пути — когда ненароком, когда сгоряча — мы выбрали 30 таких, которым позавидует любой писатель-сатирик:

*

Оптимизм — это недостаток информации.

*

Есть люди, в которых живет Бог; есть люди, в которых живет Дьявол; а есть люди, в которых живут только глисты.

*

Поклонников миллион, а в аптеку сходить некому.

*

Одиночество — это состояние, о котором некому рассказать.

*

Многие жалуются на свою внешность, и никто — на мозги.

*

Если человек тебе сделал зло — ты дай ему конфетку. Он тебе зло — ты ему конфетку. И так до тех пор, пока у этой твари не разовьётся сахарный диабет.

*

Женщина, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?

*

Склероз нельзя вылечить, но о нём можно забыть.

*

Если женщина говорит мужчине, что он самый умный, значит, она понимает, что второго такого дурака она не найдет.

кадр: Ленфильм

Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.

*

Сняться в плохом фильме — все равно что плюнуть в вечность!

*

Получаю письма: «Помогите стать актёром». Отвечаю: «Бог поможет!»

*

Вы знаете, что такое сниматься в кино? Представьте, что вы моетесь в бане, а туда приводят экскурсию.

*

— Как жизнь, Фаина Георгиевна? — Я вам еще в прошлом году говорила, что говно. Но тогда это был марципанчик.

*

Есть такие люди, к которым просто хочется подойти и поинтересоваться, сложно ли без мозгов жить.

*

Здоровье — это когда у вас каждый день болит в другом месте.

*

Животных, которых мало, занесли в Красную книгу, а которых много — в Книгу о вкусной и здоровой пище.

*

В моей старой голове две, от силы три мысли, но они временами поднимают такую возню, что кажется, их тысячи.

*

Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.

кадр: Мосфильм

Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.

*

Даже под самым пафосным павлиньим хвостом всегда находится обыкновенная куриная жопа.

*

Самое трудное я делаю до завтрака. Встаю с постели.

*

Раневскую спросили: «Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности: брюнетки или блондинки?» Не задумываясь, она ответила: «Седые!»

*

Нет толстых женщин, есть маленькая одежда.

*

Талант — это неуверенность в себе и мучительное недовольство собой и своими недостатками, чего я никогда не встречала у посредственности.

*

Я заметила, что если не кушать хлеб, сахар, жирное мясо, не пить пиво с рыбкой — морда становится меньше, но грустнее.

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

www.ivi.ru

Продукты, из-за которых вы испытываете усталость уже в середине дня

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Залог активного дня — правильный завтрак и обед. Но некоторые из продуктов, к которым мы привыкли и едим каждый день, не дают энергию, а забирают ее. Именно поэтому после обеда нам хочется прилечь, а не продолжить работу. Да и завтрак иногда дает сил лишь на пару часов, а дальше приходится бодрить себя с помощью кофемашины.

Мы в AdMe.ru составили список продуктов, которые лучше не есть на завтрак и обед, если вы хотите оставаться активными и продуктивными.

1. Сладкий завтрак: хлопья, круассаны, йогурты

Все эти продукты, которые реклама представляет нам идеальными для завтрака, на самом деле содержат огромное количество сахара. Сладости, если съесть их натощак, стимулируют работу поджелудочной железы. Она начинает активнее вырабатывать инсулин, чтобы снизить сахар в крови. В результате после такого завтрака мы чувствуем не бодрость, а усталость.

Другой побочный эффект резкого скачка сахара в крови — аппетит. Так что не удивляйтесь, если спустя всего час после утреннего приема пищи вы придете на работу и снова захотите перекусить. Третий минус — через пару-тройку лет таких завтраков риск заболеть диабетом значительно возрастет.

Чтобы сделать первый прием пищи здоровее, включите в рацион каши на воде или молоке, а хлопья замените мюсли без сахара. В качестве добавок к ним можно использовать орехи и сухофрукты.

2. Белый хлеб

Белый хлеб люди потребляют в разном виде. Это могут быть утренние тосты и бутерброды или пицца на обед. Но он действует на организм так же, как и сладости, — стимулирует работу поджелудочной железы и провоцирует выброс инсулина. Результат все тот же — чувство усталости.

Кроме того, этот продукт имеет очень низкую питательную ценность. После всех обработок хлеб, который мы покупаем, содержит практически один крахмал, который бесполезен для насыщения организма. Поэтому, если вы привыкли вместо нормального обеда перекусывать на работе пиццей или бутербродами, не рассчитывайте, что они насытят вас до вечера. Скорее всего, вы захотите есть через пару часов, что приведет в итоге к лишнему весу.

Кроме того, Американский журнал полезного питания в 2015 году опубликовал интересное исследование, согласно которому потребление большого количества белого хлеба ведет к депрессии.

3. Энергетические напитки

www.adme.ru

«Пирожки» против осенней меланхолии

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

«Пирожки» (они же «перашки») — образец глубины мысли безо всякого пафоса и занудства. Коротко, ясно, забавно и точно в 34 слога. И никаких знаков препинания, заглавных букв и рифм.

Для любителей сетевой поэзии AdMe.ru собрал самые вкусные и свежие «пирожки», а также порцию «порошков» на закуску. Приятного аппетита!

«Пирожки»

люблю музло потяжелее
и корн и слэйер и слипнот
но равных нет ивану дорну
реально слушать тяжело

© Леонид Титаренко

мы так сильны что становиться
сильнее некуда уже
и все что нас не убивает
не убивает нас и все

когда мое настало время
господь добавил восемь дней
примерно столько набежало
за всех поглаженных котов

мне просто хочется чтоб люди
забыли слово эгоизм
и больше делали добра бы
не всяким там себе а мне

поцеловал иван лягушку
и вдруг царевна перед ним
иван в карман лягушку прячет
да поздно видела уже

а не подскажете товарищ
как мне проехать в зоопарк
а как хотите так и едьте
у нас свободная страна

© Михаил Гаевский

живут на свете половинки
распополамленных людей
одни неправильно сложились
другие вовсе не нашлись

пока почистила креветки
всплакнула эдак раз другой
почти что каждая с икрою
а я все в девках как же так

пришлось позвать гостей в квартиру
общаться с ними пить но я
иного способа не знаю
себя заставить вымыть пол

военный стережет границу
а где то девушка его
спит крепким сном в своей постели
а где то какает сова

когда утихнет пламя страсти
когда пройдет пожар любви
на неостывшем пепелище
давай картошку запечом

купил пикап пошел на курсы
пришел и слушаю сижу
но почемуто все про женщин
и ничего про грузовик

олег уволился с работы
душа полна различных чувств
как будто прямо с шеи камень
упал на палец на ноге

какую вкусную шарлотку
печет твоя жена адам
и платье из змеиной кожи
ей удивительно к лицу

мечтает глеб вон с той девчонкой
на байке по ночной москве
а мама шорты на колготки
опять напялила ему

с утра надев костюмы взрослых
в свои конторы к девяти
бегут мальчишки и девчонки
в портфелях отчества несут

вот так умрешь неосторожно
с открытым доступом в контакт
друзья прочтут твои секреты
и на могилу не придут

www.adme.ru

Рецепт коктейлей - муз. и слова Александра Дольского ~ Поэзия (Песня)


ФОТО из ИНТЕРНЕТА

Благодарю Моисея Шифера за помощь
http://moisey-shifer.com

ЭТУ ШУТОЧНУЮ И ТАКУЮ ГОРЬКУЮ ПЕСЕНКУ ВПЕРВЫЕ УСЛЫХАЛ В ДАЛЁКИЕ СЕМИДЕСЯТЫЕ.
АЛЕКСАНДР ДОЛЬСКИЙ ДОВОЛЬНО ЧАСТО ПОСЕЩАЛ КИЕВ В ТЕ ГОДЫ И ПОЗЖЕ.
ЛЕТ ВОСЕМЬ ТОМУ НАЗАД СЛУШАЛ ЕГО УЖЕ В ГЕРМАНИИ.

Я вообще на ощупь страшно нервный,
Скромный и застенчивый до слёз.
Друг сказал, что от привычки скверной.
"Пьёшь, мол, без закуски, как матрос".
Ну а я и есть матрос Вселенной,
Мне любые рейсы по плечу,
Стоит мне поддать, как я мгновенно
Поплыву и даже полечу.

Я не по изысканным салонам,
Знал по подворотням этикет.
"Южное" мешал с одеколоном,
Это, братцы - фирменный букет.

Если влить в поллитра политуры
Жидкость для ращения волос,
Двести грамм желудочной микстуры -
С этого помрёт и эскимос.
Я же этим только для разгона
Натощак желудок полоскал.
Добавлял сто грамм одеколона –
И имел желаемый накал.

Я не на банкетах и тусовках
Хрустали давил и грел в руках,
Клей "Момент" БФ-ом и перцовкой
Запивал на тёплых чердаках.

Если взять сто грамм аэрозоли,
Что от тараканов и клопов,
И добавить жидкость для мозолей,
Капнуть капли три "Шанель" духов,
Влить туда резинового клею
И разбавить лаком для ногтей. -
С этого и грузчики балдеют,
Я же только вижу в темноте.

Я не на курортах или дачах
отдыхал с путанами в поту,
Пил в подвале с гуталином чачу,
Запивая ядом на спирту.
1965-1985

www.chitalnya.ru

Стишок №-51118002 Над шестою частью суши Гордо реет Марс противный С толстым,…

Над шестою частью суши
Гордо реет "Марс" противный
С толстым, толстым шоколадом.
В шоколад напихан сахар
И шмоток густого меда,
Чтобы части этой сласти
Застревали меж зубами,
Разъедая слой эмали
На зубах Российских граждан.
Боли, …. Будет много боли.
Вслед за ним маячит "Сникерс",
Тот, что съел ты и порядок.
Больше есть ты не захочешь
Ничего до самой смерти,
А захочешь, – так не сможешь,
Так как жареный арахис
Растворяется годами
В наших слабеньких желудках.
Жутко братцы, просто жутко.
Ну а если Вам все мало
Вы резцы свои вонзите
Прямо в "Баунти" с размаху.
И останетесь навечно
С чисто райским наслажденьем,
Извлечения оттуда
Всех кокосовых опилок.
Но страшней всех шоколадка,
Что зовется "Милки Вэй" - ем,
Та что гадина не тонет в молоке
Как не старайся.
Хоть топи ее в бензине,
Хоть мочи ты в керосине –
Не утонет эта плитка,
(если только ты не держишь
ее сам у дна руками)
Знаем мы все этот фокус
Нас оберткой не обманешь
Коль оно в воде не тонет ---
Мы такое есть не будем,
Будь оно хоть трижды нежным.

Над несчастной частью суши
Ждет народ, развесив уши
Папы, дети ждут и мамы
Продолжения рекламы.

Если муж Ваш вдруг с работы
Возвратился лишь под утро
А в пиджак его и брюки
Въелась грязь настолько сильно,
Что родная дочь Иришка,
Собирая в школу книжки
Вдруг испачкала штанишки.
Замочите мужа "Тайд" – ом.
Его сыплют в пачки щедро,
Так что если Ваш мужик не крупный
Хватит половины дозы.
Ведь никто не зря ж не видел
В общем, мужа на экране,
Вывод ясен, прост и точен:
Значит муж давно замочен.
Ну а если Ваш Вам дорог
Вы помойте его мылом,
Что "Сорти" зовется гордо.
(кто не знает по-французски,
туалетное по-русски)
Иль шампунем "Вош энд Гоу".
Его наша вошь не любит.
Убегает, как почует
Эту дрянь в одном флаконе.
Ну а если Вы хотите
Отомстить ему немного
Лучше нету "Хэд энд Шолдерс"
Представляете: Проснется, глядь,
А перхоти-то нету.
Впрочем, как и остального.
Но пока он не проснулся
Вы штаны с него снимите
И натрите все что можно
Толстым слоем "Бленд-а-мед" - а.
Он всю ночь шатался где-то,
Вдруг он кариесом болен.
От него ведь нет спасенья
Ни зимою и ни летом.
Ну а так на все детали
Нарастет к утру
Слой отличнейшей эмали.
Будет Ваш мужик как новый
Вы таким его не знали.

www.anekdot.ru


Смотрите также